РУСБОЙ. БЕСПОЩАДНЫЙ. ЧЕЛОВЕК БОЯ.

ПЕСНЯ

Разные размахи от раздумий старых.
Я уйду за теми, кто идёт с гитарой.
Песни их так песни, и костры всё выше,
дали их прекрасны, да и души чище.
Разные раздумья в этих елях старых,
но зато спокойно с теми, кто с гитарой.
Так же тихо бродят они по свету где-то,
Песни всё поют, что летят приветом.

Цирк.

В янтарных переливах
застывшие мгновенья.
Всё то, что говорило,
молчит, как сновиденье,
И в тишине молчанья
другой набросок кисти,
Картина не из красок -
из шёпота из листьев.
Художник - вольный ветер!
В его ладонях птицы,
и он берёт сюжеты
из шума колесницы.
В ней цирковые шторы
и красочные лица,
Другие там актёры,
гимнасты и певицы.
Им не нужны признанья
и гром аплодисментов,
Они живут твореньем
и добрым комплиментом.
Движенья их прекрасны,
и без гримас их маски,
Всё то, что в них играет,
воссоздано из сказки.
В янтарных переливах
застывшие мгновенья.
Всё то, что говорило,
Молчит, как сновиденье.

Ведьма.

Млекла льдинка
в молочной руке,
На часах било
время зари,
Из темницы
по зябкой земле
Ведьму злую
на казнь повели.

Обвинили за белый наряд
Да за розу в прозрачной щеке,
За чарующе трепетный взгляд,
И за бровь, что упала в дуге.

Обвинили за звуки души,
что тревожат так крики ворон.
Песнопением жгли соловьи
из буддийских далёких сторон.

Прикорытье пришло
посмотреть на судьбу,
что увянет в золе.
Злая зависть точила топор,
не из стали - из веток в костре.

Вороньё так хотело наряд,
чтобы белыми птицами быть.
Прикорытье готовило яд,
чтобы всё, что прекрасно, сгубить.

Но из веток силой огня
сам огонь невозможно убить,
Всё сильней разгораясь, светя,
пламя молнией будет слепить.

Лиственный дождь.

Из часовен листья пеплом не кружатся,
Только знойным кровом в клевере ложатся.
Их одежды - вежды, их полёты - липы,
Вересковым мохом с рябью краснодикой.
Их часов полёты только васильками,
Заревным анклавом вырастут ольхами.
Их надежды ивы ветками взметнутся,
И в пушистых клёнах розами проснутся.
Их шипы увянут в клёнах золотистых
И опять вернутся в листьях серебристых.

Ампир.

Из чёрных точек узников углов
Изломы перекрёстные шагов.
Они соединениями льются
в пластику разливную кругов,
В дыхании барочном между слов
межсловье стрел ампирных треуглов.
В квадраты эти не связать углов
ампирных стрел безмолвных треугольников,
Их готике не нужно снов
барочной прелести окружности кругов!
Ампир их стиль! Их дух! И их покров!

Как бы.

Какие значительные именитости!
Без имени, но уже знаменитые.
Искуственные от искусительности,
Грубые от невоспитанности,
Бездумные до брезгливости.
Зато счастливые, без ума счастливые!

СЕРАЯ ТЕНЬ
За окном опять стучит дождь,
Я проснуться не могу - лень,
Но, проснувшись, я уйду в дождь,
Превращаясь в серую тень.

На асфальте плач облаков,
Я иду, забыв о делах,
Превращаясь в серую тень,
Уношу мысли в стихах.

За спиной ветра напев,
В ритме капель шорох шагов,
Я сегодня - серя тень,
Шлейфом вьется запах духов.

Не смолкает все дождь,
В лужах тонет
ненастный день,
И уходит в темную ночь
В свете звезд серая тень.

ДЕЛЬФИНЫ

На пустынном пляже
Горизонтом дымным
День песок накинул
Пеленою синей.
На границе света
Из воды кругами
Прыгают дельфины
К солнцу плавниками.
И в фонтанах дымных
в небе ускользая,
Черные тюльпаны
с раковин срывают.
Пеленою синей их
мелькают спины,
Принимает море
букеты от дельфинов.

Мини поэма

Лесная сказка.


Зачарует полночь тишину зеркал,
И туннель возникнет в нём -
просторный зал.
Зеркала откроют дивные мосты,
там поют жар-птицы и цветут цветы.

Не встают зарницы в магии луны,
Тот, кто видел это - не увидит сны.
Магия подвластна чуду из чудес,
В ней томится полночь и колдует лес.

Все её заветы - лунные цветы!
Кто владеет чарами - разведёт мосты.
У дверей в туннели хищные лишь львы,
Их неукротимы нравы головы.

У загадок сфинксов - чудо из чудес,
Отгадав загадки - попадаешь в лес.
В тех загадках древних не один исчез,
Кто владеет знанием - открывает лес.

А в лесу тысячелетняя магия луны,
Чародеев высших в ней клубятся сны.
Совы защищают чудо из чудес,
чтобы злые чары не попали в лес.

Свечи в крыльях белых освещают лес,
там живёт источник чуда из чудес.
У его порога ночь рисует сны,
где заговорённая магия луны.

В белом цвете лилий ждёт единорог,
у него в загривке спрятан мудрый рог.
На спине уносит чудо из чудес,
и играет полночь, колосится лес.

Сизая поляна в магии луны!
Всё, что будет сниться - разукрасит сны.
Посреди поляны, в замке из завес,
- тот, кто спрячет в зале чудо из чудес.

Он владеет даром и скрывает сны,
Колдуну подвластна магия луны.
Весь он в свете ветра,
и в его груди грозы
роковые спутали дожди!

Змеевидно ивы вьются в волосах,
космосные дали у него в глазах.
Не отдаст вовеки чудо из чудес!
Затихает полночь и сверкает лес!


Кисти пальцев перчаток таких.

Воск струится, в нем тонет рояль,
Галерея картин на стене.
Бело-черных гармоний печаль
Отразилась сюжетом в холсте.

А в сплетеньях из красок двойных,
В две секунды весь свет погасив,
Черно-белое крутят кино
Кисти пальцев перчаток простых.

На экране игра в домино,
Свет и тень черно-белых вещей,
Одна нитка у их веретен -
Жизнь и смерть на обе руки

На другой стороне луны
Ни времен ,ни путей,ни оков
Бесконечный город свечей в
тьме пространства
Тонких миров.
Башни стен у подножья морей,
Две перчатки на обе руки.
И бескрайний открыт горизонт
Черно-белым перчаткам таким.

ФАКЕЛ

Там, где рождаются грозы
И теряются ветра границы,
Как будто на факел похожий
Лотос явился волшебною птицей.

Так далеко его ясное пламя
В белых одеждах от ветра кружится,
И долина хранит одно лишь молчанье
Снежных Саян в радужных искрах.

Так близко воды роковое дыханье,
В ней лотос волшебный лишь может укрыться,
И небо смеется над бездной лучами,
Этот смех малиновым эхом в земле озарится.

Там, где рождаются грозы
И теряются ветра границы,
Так близко и так далеко
На факел похожий
Лотос исчезнет волшебною птицей.

СОЛОВЕЙ

Весенней ночью соловей
Души алмазы раскрывая,
Тихонько пел в листве ветвей,
Ночную влагу пробуждая.

Спокойно трель его лилась,
Сжимая сердце мне под кожей,
А в песне той его рассказ
О чувстве, что нежней мимозы.

Огнем пылающей любви,
Где жизнь и смерть - одно и то же,
Тот голос слышался вдали,
Луча рассветного моложе.

И море слышало в ночи,
И воздух был наполнен розой,
Алмазный голос той любви
О чувстве, что нежней мимозы.

МОРЕ

Я возьму дыханье моря,
Я возьму лазурь у неба,
И еще янтарь прибоя
В ощущении белого снега.

Солнце дня смешаю с ночью,
Свечи звезд с улыбкой лета,
Акварель костра у сосен
С тихой заводью лунного света.

Я возьму сияние радуг,
У зыбких дюн розу ветра
И еще красоту у маков,
И песка золотистого негу.

Зелень трав смешаю с ночью,
Свет зари с улыбкой лета,
Акварель костра у сосен.
В ощущении легкого ветра.

НЕЗЕМНЫЕ МОТЫЛЬКИ

В лунном свете уснувшей воды
Отражается дым облаков,
И костер восходящей звезды
Разбудил неземных мотыльков,
И на крыльях нежных своих
В переливах радуги грез
Пьют колибри нектары любви
Из прозрачных березовых слез.

Их полеты от ветра легки,
В крыльях нежных спит дождь голубой,
А они, мотыльки, мотыльки
На воде превратятся в огонь.


В малахитах туманной травы
Заблудилась ночная роса,
И на ветках крон золотых,
Затихая, дрожит бирюза.
А в движении полной луны
Разноцветный изгиб жемчугов,
И на крыльях мотыльков неземных
Омут трав и прилив берегов.

Их полеты от ветра легки,
В крыльях нежных
спит дождь голубой,
А они, мотыльки, мотыльки,
Улетая, уносят огонь.

ЛУННЫЕ ЦВЕТЫ

В лесной стороне возле ручья
Распустились цветы
После дождя.

При утреннем свете они не видны,
Цветут они только в сиянье луны,
Они расцветают бутоном звеня –
Цветы весны после дождя.

Но ты сорвать их смотри
Не спеши, в свежей росе капли души,
Их аромат погубит тебя –
Лунных цветов после дождя.

Кружился снег неторопливо
автор : Костылев В. А.

Кружился снег неторопливо
Над площадями летних встреч.
И ветра слабые порывы
Легко касались наших плеч.

Там, где в начале было слово,
Несмелый взгляд, сплетенье рук,
Никто из нас не ждал плохого
От песни тихой белых вьюг.

Но вдруг случайная размолвка
На страсти тайной ставит крест…
Любви служили мы недолго
По странной прихоти небес.

Увижу вдруг твой образ зыбкий
В холодном зеркале витрин,
Но не вернуть твоей улыбки,
И я привыкну жить один.

Огонь мечты своей ранимой,
Жаль, не сумели мы сберечь…
Кружился снег неторопливо
Над площадями летних встреч.